ные. Это был праздник, но хотелось, чтобы он стал еще больше.
И это исполнялось. У кино стояла голубая деревянная будка. В
ней сидел король Бродвея. Это был газиропщик Изя.

2.

Это был феноменальный человек. Когда я вспоминаю про
него, я ударяюсь в лирику. И тогда я спрашиваю:

- Мошкара из не-Бердичева! Что вы можете знать про газиропку,
если вы никогда не знали Изю! Я перевожу дыхание, и я начинаю
вам объяснять. Настоящая газиропка - это совсем не та бзыцбзыц-
параша, которая за три копейки наливалась из автомата.

Настоящая газиропка начинается с мокрой клеенки, по которой
жадно ползают осы. Пальцы маэстро касаются вентиля-бабочки,
и в стакан, который называется стаканчик, тонко льется
сироп. Хоп! - и стаканчик уже под газированной струёй, как
артист под овацией публики. Хоп! — и цымис, который получился,
вы можете попробовать лично.

Не падайте от счастья. Обморок от счастья - это все равно
обморок. Лучше сделать заказ на еще один стаканчик. Газировка
была еще в двух местах Бродвея. Напротив башни и в гастрономе.
Но только у Изи она имела название «газиропка» или даже
«газиропочка». Изя умел ее делать.

3.

Он был маленький человек с большой лысиной, приплюснутым
носом и смешливыми глазами, которые видели клиента насквозь.
Он знал про нас все. Мы про него - только обрывки сплетен.

Якобы Изя делает миллионы с недолитого сиропа.
Якобы Изя имеет не дом, а виллу, где-то за бульваром. Никто
ее не видел, но знали про нее все.

Якобы Изя купил на имя тещи своего племянника автомобиль
«Волга». Народ спорил, как Изя это провернул. Народ знал
все тонкости. Не было только самого автомобиля. Изя ходил пешком.
Водительских прав он не имел. Он, кажется, вообще не
знал, что это такое. Говорили также, что Изю — взяли. Шмон
идет с большим тарарамом. Потные грузчики уже грузят золото.

Эту новость город обсуждал каждое лето. Народ бежал на
Бродвей смотреть: правда или нет. Но это опять была неправда.
Может, Изя делал сиропные миллионы. Может, не делал. Это
осталось тайной 20 века.

Слухов про Изю было больше, чем про Хрущева. Это не
мешало народу любить Изю. У его будки всегда была очередь.

- Нам, это самое, с двойным сиропчиком, - говорил клиент.